Мне нельзя подолгу слушать Вагнера.
У меня возникает неодолимый зуд завоевать Польшу!
Вуди Аллен
Рихард Вагнер прославился не только своими романтичными музыкальными произведениями. Известный композитор был одним из организаторов нацизма в родной Германии. Во время Второй мировой войны под его музыку в газовые камеры концлагерей вели евреев… До сих пор в Израиле запрещено исполнять Вагнера. Но мало кто знает, что у жестокого композитора была одна пикантная слабость…
Вагнер был одним из инициаторов юдофобных настроений в Германии XX века. Он открыто заявлял о своей ненависти к евреям на светских раутах. В письмах своей жене он также высказывал подобные мысли:
Евреи — это черви, крысы, трихины, глисты, которых нужно уничтожать, как чуму, до последнего микроба, потому что против них нет никакого средства, разве что ядовитые газы.
Наибольший общественный резонанс вызвал конфликт Вагнера с одним из дирижеров. Композитор тогда завершил музыкальную драму «Персифаль» и собирался ставить ее на сцене. Король Людвиг II настоял, чтобы дирижером стал Герман Леви. Вагнера возмутил такой выбор, ведь Леви был евреем. Нацист потребовал, чтобы дирижер крестился или добровольно отказался от работы. Леви не стал делать ни то, ни другое.
Однако не отдает ли такой показной антисемитизм театральщиной? Вагнер всегда стремился выглядеть брутальным мужчиной с жесткими принципами, но в тайне… обожал шелковое белье. Да-да, женское, с рюшами.
Композитор невероятно стыдился своего пристрастия. Он никогда не заказывал белье у одной и той же портнихи, а предпочитал менять их. Каждой объяснял, мол, понимаете, жене в подарок… Перед женой Вагнер тоже не мог открыться, а потому решил придумать для себя «тайное убежище», где он мог бы безнаказанно наряжаться в любимые нижние юбки, кружевные бюстгальтеры и трусики. Вскоре в доме композитора появилась небольшая комнатка, заходить в которую всем, даже слугам, строго запрещалось. Вы бы ахнули, если бы вошли в нее. Представьте себе будуар юной прелестницы: нежно-розовые стены, шелковые подушки, бархатные сиденья, туалетный столик и шкаф, доверху набитый дамским бельем… А теперь представьте в этой обстановке нашего нациста-брутала!
Тут уже как нельзя кстати вспоминается русская поговорка о том, что нельзя судить книгу по обложке.
